Верховный суд Израиля (БАГАЦ) вынес исчерпывающее решение, отменяющее поправку к закону, направленную на предотвращение принудительных мер и арестов в отношении молодых ультраортодоксов, не явившихся на военную службу. Решение было принято единогласно коллегией из девяти судей во главе с заместителем председателя суда, судьей Ноамом Солбергом. Правовое основание для отмены базируется на двух главных факторах: процедурном нарушении законодательного процесса и содержательном изъяне, касающемся законности самого акта.
Судья Солберг, автор основного мнения, отметил, что принятый закон отклонился от первоначального предмета законопроекта, представленного в первом чтении. Согласно вердикту, это является фундаментальным нарушением, так как закон был принят без соблюдения надлежащей и упорядоченной законодательной процедуры. Помимо процедурного аспекта, восемь из девяти судей постановили, что закон не соответствует условиям «ограничительной оговорки» из-за серьезного ущемления права на равенство.
В решении подчеркивается, что государство обязано осуществлять равное применение уголовного права, и создание механизма, освобождающего целую группу населения от исполнения закона, не считается легитимной целью. Суд разъяснил, что закон лишил ЦАХАЛ ключевого инструмента обеспечения соблюдения правопорядка при неявке на службу, не предложив альтернативного механизма, что лишь усугубило существующее неравенство в распределении бремени службы. В своем мнении судья Солберг уточнил, что правоприменение в отношении ультраортодоксов связано с уклонением от службы, а не с самим фактом изучения Торы.
В ответ на решение депутат Кнессета Меир Поруш («Яхадут ха-Тора») подверг вердикт резкой критике, назвав его преследованием ультраортодоксальной общественности и мира Торы. Для юридического сообщества это решение очерчивает границы полномочий законодателя по внесению изменений в законопроекты без соблюдения стандартов надлежащей процедуры и проясняет позицию БАГАЦа в вопросах равенства при прохождении военной службы. Практическое значение заключается в том, что иммунитет уклонистов от ареста отменяется, а полномочия по обеспечению исполнения закона возвращаются органам безопасности в соответствии с оригинальным Законом о службе безопасности.